Неточные совпадения
После поклона ему удалось ловкими маневрами обойти свиту, окружавшую начальницу. Он уже почувствовал себя в свободном пространстве и заторопился было к ближнему
концу спасительной галереи, но вдруг остановился на разбеге: весь промежуток между двумя первыми
колоннами и нижняя ступенька были тесно заняты темно-вишневыми платьицами, голыми худенькими ручками и милыми, светло улыбавшимися лицами.
Полно ждать! за последней
колонноюОтсталые прошли,
И покрытою красной попоною
В заключенье коня привели.
Торжествуя
конец ожидания,
Кучера завопили: «Пади!»
Всё спешит». Ну, старик, до свидания,
Коли нужно идти, так иди...
Все зааплодировали; я, под шумок, скользнул из ряда и забежал на самый
конец залы, в противоположный угол, откуда, притаясь за
колонной, с ужасом смотрел туда, где сидела коварная красавица.
Во всю длину залы, в четыре ряда, шли высокие и массивные
колонны из белого полированного гипса, образовавшие таким образом две узкие галереи, и по четырем
концам которых были громаднейшие зеркала.
В
конце пасхи у князя
Колонна был большой бал.
Артиллерия на рысях выехала из-за
колонны, шедшей за Мюратом, и поехала по Арбату. Спустившись до
конца Вздвиженки, артиллерия остановилась и выстроилась на площади. Несколько французских офицеров распоряжались пушками, расстанавливая их, и смотрели в Кремль в зрительную трубу.
Французская армия в той же пропорции таяла и уничтожалась от Москвы до Вязьмы, от Вязьмы до Смоленска, от Смоленска до Березины, от Березины до Вильны, независимо от большей или меньшей степени холода, преследования, заграждения пути и всех других условий, взятых отдельно. После Вязьмы войска французские вместо трех
колонн сбились в одну кучу и так шли до
конца. Бертье писал своему Государю (известно, как отдаленно от истины позволяют себе начальники описывать положение армии). Он писал...
До полудня 19-го числа движение, оживленные разговоры, беготня, посылки адъютантов ограничивались одною главною квартирой императоров; после полудня того же дня движение передалось в главную квартиру Кутузова и в штабы
колонных начальников. Вечером через адъютантов разнеслось это движение по всем
концам и частям армии, и в ночь с 19-го на 20-е поднялась с ночлегов, загудела говором и заколыхалась и тронулась громадным девятиверстным холстом 80-ти тысячная масса союзного войска.